вторник, 22 сентября 2015 г.

«Немота паучья» (в развитие темы "Удивительного цветка")


Паук молчит.
Эта «паучья немота», о которой сказал Осип Мандельштам, развивая в своем творчестве самобытную поэтическую концепцию слова, тем не менее, весьма красноречива, выразительна и исполнена взаимодействия с миром. Здесь я не полемизирую с поэтом – не спорю с тем, что «среди кузнечиков» «слово беспамятствует».
 Образ «немоты паучьей» интересует меня как носитель буквального смысла: мне хочется сосредоточиться на этой немоте, как бы непроницаемой, на этом молчании паука. И, может быть, через вчувствование как-то приблизиться к тому, каким образом работает сознание, как происходит «общение всего со всем»... Как-то приблизиться через эту красноречивую немоту к разговору о существовании, не в решительных красках, а хотя бы  даже в дымке.
Ведь при всем своем молчаливом, безъязыком пребывании в мире паук активно транслирует свой внутренний мир во вне. Вам приходилось видеть окутанную паутиной, сотканную из паутины паучью нору? Вся паучья сущность в ней выявлена – страшная, беспощадная, охотничья, одинокая и все же живая и даже как-то внутренне уютная.
А паутина? Этот изысканный рисунок, этот манящий скрытый выкрик!
В своем самовыявлении паук точен и выразителен, он не молчит, его речь – его действия, движение, выпускаемая паутина. Ничего лишнего он не говорит, но слова его полновесны и наполнены своим паучьим смыслом, молчаливо-аргессивным, бесстрашным и холодным и каким-то неприкрытым, честным в своей «паучности»…

Комментариев нет:

Отправить комментарий